Школы имам-хатып — это уникальное турецкое изобретение. Изначально, ещё в 1920-е годы, государство создало их с прагматичной целью: готовить «правильных» имамов, которые будут вещать то, что одобряет светская власть. Но к 1960-м годам ситуация перевернулась с ног на голову. Эти школы стали настоящими бастионами консервативной, религиозной Турции. Здесь не просто зубрили Коран — здесь формировали особое мировоззрение, альтернативное тому, что насаждали в обычных лицеях.
Для мальчиков из бедных семей это был шанс получить и духовное, и светское образование, не чувствуя себя изгоями. Эрдоган попал в эту среду идеально. Он учился с интересом и, что гораздо важнее, учился быть публичным человеком. Именно на школьных диспутах начал проявляться его талант оратора. Говорят, он мог часами убеждать аудиторию. Это был сплав уличной харизмы Касымпаши и новой, книжной образованности.
Но школа была лишь фундаментом. Настоящее политическое пробуждение произошло под влиянием человека, которого смело можно назвать крёстным отцом турецкого исламизма — Неджметтина Эрбакана.
Эрбакан был фигурой исключительной: блестящий инженер-механик, доктор наук, выпускник престижных университетов Стамбула и Аахена (Германия). Казалось бы, типичный представитель элиты. Но его сердце принадлежало исламу. В конце 60-х он создал движение «Милли Гёрюш» — «Национальный взгляд». Его идеи были убийственно привлекательны: Турция не должна слепо копировать Запад, она должна вернуться к своим корням. Мы — великая страна с османским наследием, а не бедный родственник Европы. Он требовал развивать тяжелую промышленность и говорил, что вера должна вернуться в общественную жизнь через мораль и нравственность.
Для молодого Реджепа, видевшего высокомерие светских чиновников, эти идеи стали откровением. Он нашёл идеологию, которая объясняла всё, и лидера, на которого хотел равняться.
Эрдоган с головой нырнул в активизм. Он вступил в «Национальный турецкий союз студентов» — ключевую организацию исламистов. Здесь его энергия и готовность работать по 20 часов в сутки были замечены. Он участвовал в бесконечных диспутах с левыми студентами — а тогда, в Турции 70-х, это был не просто обмен мнениями, а настоящая идеологическая война, часто переходившая в кулачные бои. Касымпаша тут была хорошим подспорьем: он не боялся и шёл вперёд.
Вскоре он возглавил молодёжное крыло партии сначала в своём районе Бейоглу, а затем и во всём Стамбуле. Он начинал как радикальный исламист, не стеснявшийся в выражениях. Именно тогда начал коваться тот жесткий стиль, который позже заставит содрогнуться всю светскую верхушку страны. Речь о демократии как о «трамвае, с которого сходят, доехав до нужной остановки», станет его визитной карточкой спустя годы, но закладывалось это мировоззрение именно тогда — в пылу юношеской борьбы на пыльных улицах Стамбула.
Где-то в вихре этой бурной деятельности, в середине 1970-х, произошла ещё одна судьбоносная встреча. На одной из партийных конференций Реджеп познакомился с девушкой по имени Эмине Гюльбаран. Она была из семьи арабского происхождения, переехавшей в Стамбул из юго-восточного Сиирта. Серьёзная, умная, скромная и глубоко верующая. Как и сам Эрдоган, она была активисткой — состояла в «Ассоциации женщин-идеалисток», женском крыле исламистского движения.
Случилась, что называется, любовь с первого взгляда. Но, как и полагается в консервативных семьях, всё было строго. Несколько лет ухаживаний, переписка, сдержанные встречи на публичных мероприятиях. Существует легенда, что Эрдогану пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить родителей Эмине отдать дочь за бедного, хоть и перспективного активиста. Наконец, в 1978 году они поженились. Эмине стала ему не просто женой, а ближайшим соратником, советчиком и надёжным тылом. Именно она была рядом в самые тёмные времена и помогла ему выстоять.
К концу 1970-х Эрдоган — уже сложившийся молодой политик. У него есть база: он знает, чем живут бедные кварталы и что волнует простого турка. У него есть идеология «Национального взгляда» Эрбакана и членство в Партии национального спасения. У него есть крепкий тыл в лице Эмине. Он амбициозен, красноречив и готов к большой игре.
Его потенциал видят старшие товарищи. Осталось дождаться лишь подходящего момента. И он не заставит себя ждать. Совсем скоро, в 1980 году, в Турции произойдёт очередной военный переворот, который на несколько лет заморозит политическую жизнь страны. А когда она «оттает», на авансцену выйдет уже совсем другой Эрдоган — повзрослевший, заматеревший и готовый штурмовать новые высоты.
