Уходит в прошлое год, на первый взгляд ничем особенным не примечательный, почти не отмечанный громкими событиями, если не считать пригожинского «недоворота» и неожиданного обострения еврейско-арабского конфликта. Но это обострение нас затрагивает лишь постольку-поскольку, не напрямую. А та русско-украинская война, которая касается каждого из нас самым непосредственным образом, превратилась в нечто будничное, повседневное и уже не будоражит общественное сознание. Рутина… И именно это я склонен считать первым важным итогом года, достойным анализа.
Нужен перелом
Кто бы мог подумать, слушая в феврале-мае 2022 года победные реляции представителя Минобороны Игоря Конашенкова, что наступательная и победоносная поначалу СВО обернется затем переходом нашей армии от наступления и освобождения территорий – к глухой обороне и отдаче части уже освобожденных земель. Все так хорошо начиналось…
Обидно, но приходится признать, что при подготовке СВО противник был серьезнейшим образом недооценен во всех отношениях, в первую очередь – в идейно-политическом, но также и в военном, учитывая, что за его спиной оказалась военно-промышленная мощь стран НАТО. В итоге СВО обернулась вязкой войной на истребление человеческого ресурса и экономическое истощение обеих сторон, а значит, ее самым главным фактором стал фактор времени. У кого раньше надломится дух, надорвутся силы, закончится оружие? И не будет ли в итоге победа, кто бы ни победил, – Пирровой? Вот какие стоят теперь вопросы.
Надо также понимать, что поскольку за русско-украинской войной определенно просматривается силуэт прокси-войны России с Западом, то наша гипотетическая победа над конкретным ближайшим противником в лице киевского режима вполне может оказаться лишь прологом к войне с НАТО. Желание у противника, похоже, есть, а предлог всегда найдется. И это соображение вновь обращает нас к проблеме сроков.
Противостояние зашло так далеко и глубоко, что всем уже ясно: нас может удовлетворить только полная и безоговорочная капитуляция Киева с последующим взятием под контроль российской армией и государством большей части Украины. (По моему убеждению, Западная Украина должна быть отделена кордоном наподобие Берлинской стены в качестве заказника украинских националистов, бандеровцев, которых мы не можем ни перевоспитать, ни полностью истребить, тем более после войны.) Все остальное будет лишь полумерой, которая отсрочит решение проблемы, но сама ничего не решит.
Но чем дольше тянется война, тем туманнее ее перспективы. Да, мы перемалываем вражескую технику и людские вооруженные контингенты. Но ведь и сами несем немалые потери. И пока мы «рубим по частям хвост собаки», тем временем западная оборонка, снабжающая Украину, обогащается и перестраивается, наращивает ресурс. Ее опустошенные арсеналы вскоре начнут наполняться заново. Протянем время – она вновь начнет снабжать противника необходимымыми объемами самых современных вооружений, заставляя воевать до последнего. Едва мы успеем доразгромить уже поставленную технику, как подоспеют новые поставки. А Киев дополнительно мобилизует еще сотни тысяч бойцов. Чем мы заплатим за это, сколько жизней своих ребят отдадим?
В силу сказанного, вопрос надо ставить так: что нужно сделать, чтобы добиться капитуляции Киева в рекордно короткие сроки, поскольку время работает против нас. А ответ на этот вопрос предельно прост: сделать надо все, что способствует достижению этой цели, включая применение любых боеприпасов, кроме ядерных, а также уничтожение мостов, туннелей и вообще всех морских и сухопутных трасс, связывающих Украину с Европой. И включая массированный единовременный удар с воздуха по всей без исключения верхушке украинской армии и государства. Кто бы ни выжил после этого удара из украинского истеблишмента, кто бы ни пришел на смену армейскому и правительственному руководству, эти люди наверняка будут сговорчивее уничтоженных. Нам нужен быстрый и решительный перелом в войне, это вопрос нашей жизни, а как это будет достигнуто – нас не должно волновать. Совсем. Только целесообразность, а не гуманитарные соображения, должна определять средства. Не по частям рубить хвост, а отсечь его одним махом, и дело с концом – вот в чем видится мне наша задача.
Только быстрая и убедительная победа над Украиной может прекратить войну и отбить у НАТО охоту ее продолжать. Только она обеспечит мир на наших условиях. А также сэкономит нам (и, кстати, Украине тоже) людей и материальные ресурсы, восстановит веру в себя и оптимистический взгляд в будущее.
Сдается мне, что обычным способом ведения войны типа марша на Киев этого не добиться. У нас элементарно нет для такого марша достаточного количества войск. Противник сделал выводы из провала своего «контрнаступа» и готовит нам зеркальную ситуацию, выстраивая оборонительные укрепления, чтобы мы разбили об них лоб, как разбили украинцы свой собственный об «линию Суровикина». Так что есть опасность поменяться с ними местами, перейдя от тактики обороны к тактике наступления – притом на неопределенное время. Конечно, можно вспомнить, как танки Гудериана во Вторую мировую войну просто обошли с флангов защитную «линию Мажино», но времена и методы изменились, и сегодня такой танковый маневр может запросто сорваться. Следовательно, война становится предприятием с непредсказуемым результатом как в смысле длительности, так и в смысле наших жертв и потерь. Пока что ситуация в Авдеевке, Крынках и под Бахмутом не дает яркого ощущения победы; сказывается отсутствие такой штурмовой бригады, какой была ЧВК «Вагнер», взявшая Артемовск. А если даже в этих критических реперных точках, куда стянуты наши огромные ресурсы, перелома нет уже многие месяцы, то на что можно рассчитывать в будущем? Украинцы яростно и умело сражаются, особенно в обороне; западное оружие, весьма современное, все прибывает к ним и прибывает. А недобитые Залужный с Будановым одним только фактом своего существования ставят под сомнение умелость наших спецслужб. Нам нужно сделать что-то такое, что радикально изменит ситуацию в нашу пользу. Нужен перелом.
Положим, до мартовских выборов президента России терпения у страны хватит, но к лету, по моему субъективному ощущению, может возникнуть кризис ожиданий и усталость от войны. Не дай бог, если в нашем обществе возникнет стремление к миру любой ценой, потому что это уже будет капитуляция с нашей стороны, и ее негативные последствия мне страшно даже мысленно вообразить себе. Не раз звучала уже мысль о том, что на кону стоит вся будущность России, ее жизнь и судьба. Это воистину так, и потому мы не имеем права проиграть. Итак – вот герой наступающего 2024 года: время. Оно будет решать судьбу войны, а с нею судьбу России и мира. Так дает понять ушедший 2023 год.
Испытание на единство страны
Второй важный итог минувшего 2023 года – это тест на единство России, который она, на мой взгляд, прошла успешно. И это очень важно, в этом залог нашей победы. Которая придет, только если мы сохраним это единство.
В этом году нас дважды испытывала судьба на единство. Первый раз – во время так называемого «мятежа» Пригожина. Я взял это слово в кавычки потому, что хотя дело не обошлось без человеческих жертв, настоящим мятежом, бунтом это назвать нельзя. Пригожин не планировал ни государственного переворота, ни смены лидера страны, это был не марш («на Москву»), а демарш, вызванный чувством несправедливости и опасением за судьбу свою и вверенного ему контингента. На мой взгляд, вина за произошедшее полностью лежит на руководстве нашей армии, взявшемся ломать через колено людей, к тому не предназначенных, и вызвавших этим закономерную реакцию. Не берусь судить, насколько эта вина распространяется на гибель самого Пригожина, но я обнажаю голову над его могилой и горько сожалею о том, что такого человека и военачальника больше нет с нами. Отсутствие на фронте ЧВК «Вагнер» очень заметно в нынешних обстоятельствах, увы.
Между тем, если бы этого мятежа не было, его следовало бы выдумать, потому что с ним страна прошла проверку на прочность. Ведь – что скрывать? – в России накопились немалые протестные настроения, и настоящий мятеж, настоящий «русский бунт» вполне мог бы их аккумулировать и превратить в страшный разрушительный механизм. Я помню, какую неслабую поддержку в опросах получили «вагнера» в первые же часы своего выступления. Но кончилось все миром, явлением Пригожина и его команды в Кремль – не в качестве захватчиков, а с повинной головой – и разрулением конфликта, так и не потрясшего основ российской государственности и общественного порядка. Да, признаться надо, нас всех как следует тряхнуло именно потому, что подсознательно все понимают: предпосылки бунта имеются, и все его боятся небезосновательно. Но хотя горючий материал в наличии, пожар все-таки не вспыхнул, народные массы не примкнули к мятежникам, не влились в их ряды. Нежелание «великих потрясений» и, напротив, желание консолидации общества, которое в конечном счете продемонстрировали и сами пригожинцы, превозмогли опасность.
Вторым тестом на единство страны, который успешно прошла Россия, я считаю то поистине всенародное, массовое возмущение по отношению к национал-предателям, бросившим нашу страну в трудную для нее минуту, бьющим ей в спину, предающим ее словом и делом, открыто или тайно вставшим на сторону врага – Запада, киевского режима, бандеровцев и др. Это возмущение охватило все слои населения – от депутатов Госдумы до комментаторов в пабликах и даже совсем уж простых людей, обывателей. Правду сказать, русофобствующая «элитка» сама сделала все возможное для собственного саморазоблачения – взять хоть интервью Быкова и Акунина или тексты их разговоров с пранкерами Вованом и Лексусом. Или взять многочисленные высказывания таких персонажей, как актеры Назаров или Хаматова, режиссер Рейхельгауз, историк моды Васильев, преподаватель истории Тамара Эйдельман и др. – имя им легион. Радует, что на этот раз дело не ограничивается словесными баталиями – пожурили-де и забыли; нет, следуют конкретные меры, от приостановки продаж книг «лидеров общественного мнения» и отказа от их концертов, творческих встреч – до прямых юридических санкций. «Релокантов» не только не жалуют в СМИ и интернете, им открыто дают понять, что возвращаться в Россию им не стоит, их тут никто не ждет и видеть не желает, и заработков былых им больше не видать. Некоторые из тех, что поспешно бросили страну, теперь поскуливают, как побитые щенки за дверью, и просятся обратно, но я бы не советовал им возвращаться, потому что, во-первых, нам без них тут лучше (воздух чище), а во-вторых, атомсфера в обществе для них уже токсична, а будет еще токсичнее, это несомненно. Затяжной и безобразный скандал, разразившийся в связи с «голой вечеринкой» блогерши Ивлеевой, говорит о том, что времена терпимости по отношению к извращенцам, антинародным элементам и предателям закончились. Примирения сторон не будет.
Кто-то скажет, возможно: о каком единстве России вы только что говорили? Вот же он – раскол нации, вот противостоящие друг другу «две России». Нет; не надо путать раскол с отщепенством. В Отечественную войну был феномен власовщины, но он не привел к расколу страны. Отщепенцы были, есть и будут. Но расколоть страну им не дано: великая Россия одна и едина. Массовое возмущение нравственными и политическими перверсантами – это лишь верхушка того айсберга, которым стала консолидация России. А ее подводной частью, не столь заметной, но все определяющей, стало сплочение народа в ходе войны, выражающееся в очень многих показателях – начиная от рейтинга президента Путина и заканчивая набором добровольцев на фронт и деятельностью волонтеров и донаторов. Не осталась без последствий и многотрудная работа журналистов и пропагандистов: цели и задачи войны, вначале неясные многим наши гражданам, сейчас в значительной степени прояснились и стали приняты большинством населения как свои. На это во многом повлиял ушедший год: у нас было время для раздумий.
Поворот к русскому
Важнейший итог 2023 года – реабилитация русской темы. Символически она выразилась в триумфе песни «Я – русский!» в исполнении певца Шамана, обладателя уникального по красоте и богатству голоса. Песня мгновенно покорила интернет и широкую публику, стала настоящим хитом. Это показательно. Но дело не только в ней.
Как человек, состоящий в эпицентре Русского движения с 1992 года, я прекрасно понимаю огромное значение происходящего. Десять лет я издавал «Национальную газету», шесть лет был сопредседателем Национально-Державной партии России, состоял оргсекретарем Русской национально-культурной автономии (Минюст так и не зарегистрировал ее под давлением В.Ю. Суркова), входил в оргкомитет Русских маршей, защищал в судах наших соратников, преследуемых прократурой и милицией за причастность к Русскому движению и т.д. Полжизни отдав служению этого рода, пережив на этом пути и радость свершений и горечь разочарований, я в состоянии почувствовать и оценить те огромные сдвиги в общественном сознании и в общей атмосфере, которые свидетельствуют о том, что русская тема вышла из подполья и становится мейнстримом. Ее локомотивом, без всякого сомнения, стала СВО и неотделимая от нее идея Русского мира.
Песня Шамана «Я – русский!», где в припеве звучат знаковые слова «Я – русский! Я иду до конца. Я – русский! Моя кровь от отца. Я – русский! И мне повезло. Я – русский! Всему миру назло!», прозвучала оглушительно и отозвалась в миллионах душ, потому что выразила всю суть настоящего времени. Всю нашу боль и борьбу, всю нашу решимость и надежду. Показала всему миру, что мы выстоим в навязанном нам противостоянии, выстоим – и победим!
Неожиданным откликом на эту великолепную песню прозвучали слова президента Путина, сказанные 28 ноября с высокой трибуны XXV Всемирного Русского Народного Собора: «Русский мир – это все поколения наших предков и наши потомки, которые будут жить после нас. Русский мир – это Древняя Русь, Московское царство, Российская империя, Советский Союз, это современная Россия, которая возвращает, укрепляет и умножает свой суверенитет как мировая держава. Русский мир объединяет всех, кто чувствует духовную связь с нашей Родиной, кто считает себя носителем русского языка, истории, культуры независимо даже от национальной или религиозной принадлежности. Но хочу подчеркнуть: без русских как этноса, без русского народа нет и не может быть Русского мира и самой России». Слова, прямо скажем, долгожданные, но пришедшиеся, как и песня, как нельзя вовремя.
Путин, однако, на этом не остановился, а продолжил тему на пресс-конференции 14 декабря, посвященной итогам года: «По поводу советов, напутствий: надо верить в великий русский, российский народ, в этой вере залог успеха в возрождении, в
