Как известно, все скандалы в современной России делаются в
Администрации Президента с целью разнообразить жизнь русского народа. Который
как дитя – его нужно всё время чем-то занимать и отвлекать, а то он себе
как-нибудь навредит. Например, перестанет слушаться властей или захочет денег и
собственности, от которых ему один вред и ущерб духовности его, властями
лелеемой.
Так что развлекушки нужны регулярно – благо, стоит это
недорого. Вот и сейчас. Не успела
отгрохотать педофилия, как грянула новая беда: аборты. Точнее, их запрещение.
Оказывается, злые попы (это вообще тренд последних лет – «злые попы»)
собираются лишить наших любимых женщин святого права делать аборты. Злых попов
поддержала новая уполномоченная по правам ребёнка, Анна Кузнецова. Дальше
началось: «девки визжат, мужчины скачут».
Сейчас, правда, уже пошли откатывать назад. Кузнецова вроде
как заявила, что с абортами она бороться будет, но не запретами. Что-нибудь
скажет и церковь. И если какая-нибудь Мизулина не выступит с законодательной
инициативой, то всё затихнет. А вернее ожидать – заменится новой темой.
Например, приедет какой-нибудь современный художник-акционист и изнасилует на
Триумфальной йоркширского терьера. И все примутся обсуждать половую
неприкосновенность йоркширских терьеров и развращённость современной Европы. А
там и американские выборы подоспеют и вообще всё сметут.
Но пока тема ещё жива – давайте поговорим. Потому что, в
отличие от педофилии и пуделей, тема-то и в самом деле важная, неприятная и на
жизнь народную действительно влияющая.
1
Первое и главное. Российская Федерация занимает первое место
в мире по числу абортов, а также детской смертности, брошенных детей и много
чего ещё. Это не то первенство, которым стоит гордиться.
В историческом же разрезе Россия (точнее, бывшая Россия, то
есть СССР) был первым в мире государством, узаконившим аборты.
Это произошло в 1920 году. Причём аборт можно было делать фактически
«просто по желанию женщины». Потом право стали ограничивать и с тридцать
шестого по пятьдесят пятый аборты стали делать только по медицинским
показаниям. Потом разрешили снова. Сейчас аборты входят в пакет ОМС – то есть
делаются бесплатно и по желанию.
Что касается статистики. В советское время число абортов
росло и только росло. ПО сравнению с временами Российской Империи оно выросло
на порядки.
2
Связано это, в частности, с тем, что в СССР не было секса.
Нет, я не оговорился. И не шутил. Я сказал именно то, что
сказал.
Чтобы было понятно, позволю себе такое сравнение.
Представьте себе человека на необитаемом острове. Ему нужно выживать, и, в
частности, что-то есть. Но еды нет. В какой-то момент он отчаивается настолько,
что начинает есть траву, ловить змей и лягушек и поедать их сырыми (огня тоже
нет). После такой трапезы у него по часу болит живот, но «есть надо», «голод не
тётка». Наконец, его спасают и он возвращается домой. Что он скажет, если ему
дома поднесут на тарелке сырую лягушку? Скорее всего, он крайне удивится, и
лягушку выкинет. Со словами «это не еда». Хотя есть сырых лягушек ему
приходилось.
И он будет прав. Потому что еда – это нечто вкусное и легкоусвояемое,
от чего живот не болит. А то, что теоретически можно съесть, но с отвращением и
плохими последствиями – это временное средство утоления голода. Хотя, конечно,
бывают и любители сырых лягушек, да и обычный человек может разок попробовать какое-нибудь
сашими из жабы. Но это уже сознательное экспериментирование.
Вот также и с сексом.
Секс – это то, что требует для себя определённых условий.
Например, участники должны быть физически привлекательны, иметь время,
возможность уединиться, определённые навыки доставления удовольствия себе и
другому. А также и - совсем не в последнюю очередь – достаточно надёжные меры
предупреждения нежелательных последствий. А то, что происходит в засратых
кустах по пьяни между бомжом и старухой – это, извините, «удовлетворение
полового инстинкта». То есть та самая сырая лягушка, которую сожрать можно
только с жуткой голодухи.
Нетрудно догадаться, что «секс» – как, впрочем, и хорошая
еда - долгое время был привилегией высших сословий. И как источником хорошей
кухни послужили дорогие рестораны (где работали французские повара, когда-то
готовившие для аристократов, а потом по известным причинам вынужденные
продавать свои таланты на рынке общепита), так и источником «секса» были
дорогие бордели. Именно дорогие: дешёвые притоны прошлых веков были таковы, что
современный мужчина не смог бы воспользоваться их услугами даже под дулом
револьвера… Однако дорогая опытная куртизанка умела выглядеть привлекательно,
доставить удовольствие мужчине и при этом не беременеть. Просто всё это стоило
очень недёшево. Но в буржуазном обществе любая элитарная услуга рано или поздно
становится массовой. Что произошло и в данной сфере. Некогда элитарные практики
докатились до домохозяек, и возник «секс» в современно понимании.
Это произошло на Западе в XIX-XX веках. Так что можно сказать, что это такое же новое
явление, как, скажем, кинематограф. Это развлечение сытых, небедных, достаточно
образованных людей.
Чтобы осознать разницу – всего одна деталь. Современный
человек и не подумает делать «это» в темноте. В старые времена в низших классах
общества темнота была стандартом. Обычно это объясняют «стыдливостью и
нравственностью». Да нет, какая там нравственность. Всё очень прагматично. В
большинстве случаев партнёры выглядели настолько непривлекательно, что темнота
была необходимым условием, чтобы хоть что-то получилось. Подумайте, как
выглядела хотя бы тридцатилетняя крестьянка века, скажем, восемнадцатого (а в
России - и девятнадцатого, и двадцатого). По современным меркам, это старуха. И
для того, чтобы «дело сладилось», необходимо была темнота – чтобы не видеть
измождённого лица, отвислых синюшных сисек, растяжек на животе и всего такого
прочего.
3
Но вернёмся к нашей истории.
С возникновением «массового секса» стала обустраиваться и индустрия
вокруг него. Кардинально важным тут стало открытие вулканизации резины, что
сделало доступным два важнейших сексуальных орудия: доступное женское нижнее
бельё и дешёвые презервативы. Чтобы понимать масштабы явления: «мужские щиты»
(male shield) использовались в Европе и Америке представителями среднего класса
повсеместно с конца XIX века.
Согласно тогдашним анонимным опросам, в начале XX века половина американок в крупных
городах пользовался резиновыми изделиями. Европа не отставала, особенно
Германия, которая стала производить резинки по новой технологии Юлиуса Фромма. Дальше
было «много чего», но кончилось всё «сексуальной революцией» и нынешним
положением дел.
Что касается России, то она никогда не была ханжеватой
страной и тянулась к европейскому прогрессу. Причём сознательно и
последовательно. Иногда даже более последовательно, чем сама Европа.
Ну например. На Западе регулярно случались «моральные
рецидивы» - то есть попытки запретить «секс» в указанном выше смысле. Внешне
это выражалось во всякого рода репрессивных законах «за нравственность» - в
частности, в регулярных ритуальных приступах борьбы с той же проституцией. В
России такими глупостями последний раз отметился Павел I, в 1800 году приказавший высылать
проституток из Москвы и СПб в Иркутск. Больше такой дури никто не делал. Уже
Николай I (при всех своих неприятных качествах, человек безупречной
личной нравственности) не только отказался от запретов в этой области, но и
упорядочил работу проституток законодательно. Постановка этого дела в николаевские
времена была одной из лучших в тогдашней Европе. Предусмотрено было всё,
начиная с обязательного медицинского освидетельствования проституток и кончая
полицейским надзором: проститутка, чтобы заниматься своим ремеслом, должна была
получить на руки знаменитый «жёлтый билет» (официально именовался
«заменительный билет и смотровая книжка – там делались отметки о медицинских
осмотрах). Да, кстати: вопреки современным мечтаниям о массовом благочестии
российского населения – в частности, строгого соблюдения полового воздержания
во время постов, на чём часто настаивают современные батюшки – бордели в России
закрывались только на Страстную Неделю.
Что касается предметов секс-индустрии, то Россия отставала
от Запада чисто технологически. Однако западные instruments de plaisir были
доступны, хотя и стоили недёшево. Вот пример соответствующего каталога, где
встречаются прихотливые вещицы (нажмите, чтобы увеличить):
Понятно, что такое было «не для всех». Но что касается более-менее
массового спроса, его исчерпывающе описывает начало стихотворения Багрицкого
«Контрабандисты»:
По рыбам, по звездам
Проносит шаланду:
Три грека в Одессу
Везут контрабанду.
На правом борту,
Что над пропастью вырос:
Янаки, Ставраки,
Папа Сатырос.
А ветер как гикнет,
Как мимо просвищет,
Как двинет барашком
Под звонкое днище,
Чтоб гвозди звенели,
Чтоб мачта гудела:
«Доброе дело!
Хорошее дело!»
Чтоб звезды обрызгали
Груду наживы:
Коньяк, чулки
И презервативы.
Вот этот список – «коньяк, чулки и презервативы» - абсолютно
точно описывает тогдашнее состояние дел. В «царской России» постепенно возникало
массовое общество с его обычными потребностями. Включая «массовый секс».
4
Ну да, скажет читатель, всё это интересно, а как насчёт
абортов?
Аборты в Российской Империи были криминализованы – как и в
всей тогдашней Европе. Однако общеевропейская же тенденция к смягчению
наказания за аборт Россию тоже стороной не обошла. При Алексее Михайловиче
Тишайшем за аборт казнили. Пётр смертную казнь отменил. Далее постепенно шёл
процесс смягчения наказания.
В Уложении о наказаниях (1885 год) аборт рассматривается в
разделе «Убийство». В ст. 1461 речь идет о производстве аборта «без ведома и
согласия беременной». Ст. 1462 касается сознательного производства аборта: «Кто
с ведома и согласия самой беременной женщины употребит с умыслом какое-либо
средство для изгнания плода ее, тот за сие подвергается лишению всех прав
состояния и отдаче в исправительные арестантские отделения на время от 5 до 6
лет. Сама беременная женщина, которая по собственному произволу или по согласию
с другими употребит какое-либо средство для изгнания плода своего,
подвергается: лишению всех прав состояния и заключению в тюрьму на время от 4
до 5 лет». За абортмахерство полагались сроки серьёзнее.
В революционном для своего времени Уложении от 1903 года
аборт оставался в разделе «Убийство». В ст. 465 говорится: «Мать, виновная в
умерщвлении своего плода, наказывается: заключением в исправительном доме на
срок не свыше трёх лет». В ст. 466 сказано: «Виновный в умерщвлении плода
беременной наказывается заключением в исправительном доме. Если умерщвление
плода учинено врачом или повивальной бабкою то суду предоставляется воспретить
виновному практику на срок от одного года до пяти лет и опубликовать приговор.
Если умерщвление плода учинено без согласия самой беременной, то виновный
наказывается каторгою на срок не свыше восьми лет». Кстати – ровно такое же
наказание полагалось за тяжкое телесное (ст. 467).
Уложение таки и не вступило в силу в полном объёме
(полностью его ввели только в Прибалтике), однако суть дела ясна. Тогдашнее
российское право действительно исходило из понимания аборта как убийства,
однако в законе было предусмотрено всё, чтобы в случае нужды максимально
смягчить наказание. Формулировки, содержащие только верхние границы сроков,
однозначно указывают на то, что суд мог и должен был принимать во внимание
реальную ситуацию, в которую попала женщина. Напоминаю, тогдашний российский
суд был судом присяжных и царством адвокатов. Которые работали не только за
деньги, но и ради приобретения громкого имени и репутации либерала. «Дальше
понятно».
Важная деталь. Студентов-медиков массово обучали операции,
она описывалась в учебниках и даже была частью учебной практики. Потому что
закон законом, а «случаи бывают разные».
При всём при том аборты в царской России были явлением
малораспространённым. Отчёты из клиник для бедных свидетельствуют: аборт был
операцией редкой, криминальный аборт – тоже. Едва ли не чаще случалось
детоубийство. Причина понятна: детоубийство или подкидывание ребёнка – это акт
отчаяния, когда буквально «жрать нечего» и «угла нет». Аборт – это действие
предусмотрительное, предполагающее рациональный расчёт. Тогдашние женщины часто
тянули до последнего в надежде, что ситуация как-нибудь выправится… Кстати, суды
детоубийц не то чтобы жалели, но подходили с разбором. Какой-нибудь бедной
девушке, убившей первенца, могли существенно смягчить наказание на основании
того, что она действовала, «охваченная стыдом и страхом» - или, говоря
современным юридическим языком, «в состоянии аффекта». У сделавшей аборт такой
отмазки не было.
Но, в общем и целом, ситуация в России развивалась в том же
направлении, что и в Европе.
5
Революция всё сломала и переворотила. Как и во всех
остальных сферах жизни.
Октябрьский переворот и последовавший за ним террор,
эпидемии и голод обошлись России (по разным оценкам) в 13-17 миллионов жизней
(что многократно перекрывает потери в Первой Мировой). В дальнейшем советская
власть продолжала убивать людей миллионами. Уровень жизни по сравнению с
дореволюционными временами упал чудовищно низко, качество – опустилось до
уровней, в человеческой истории труднопредставимых.
Именно в таких обстоятельствах было принято постановление
Народного комиссариата здравоохранения и Народного комиссариата юстиции от 16.11.1920
г. «Об искусственном прерывании беременности». Причина его принятия указывалась
в самом тексте закона: дикая нищета и бытовое неустройство. Конкретно
