События на Ближнем Востоке в контексте арабо-израильского противостояния в ХХ веке находили живой отклик в мусульманской среде России, что было в рамках общегосударственной позиции страны в советский период, суть которой сводилась к поддержке правящих просоветских режимов в Сирии и Египте и осуждение действий израильской «военщины». В этой ситуации Советский Союз активно прибегал к услугам собственного мусульманского духовенства для религиозной поддержки своей внешней политики: «Мусульмане активно использовались Советским режимом в осуждении израильской агрессии в Палестине, на многочисленных международных форумах», - отмечает казанский историк Айдар Хабутдинов, добавляя при этом, что «власти, кажется, не замечали, что советские мусульмане ставили вопрос о возвращении святынь Иерусалима в руки уммы, а не о поддержке режимов Гамаль Абдель Насера, Анвара Садата или Хафеза Асада» [1].
С 1955 года, начиная со Всемирной ассамблеи миролюбивых сил в Хельсинки, муфтий Духовного управления мусульман Европейской части России и Сибири Шакир Хияледтинов неоднократно присутствовал на мероприятиях, посвященных борьбе за мир, диалогу между религиями, которые, как правило, проходили под антиизраильскими лозунгами. В 1972 году муфтий был награжден Международной Ленинской премией и золотой медалью «За укрепление мира между народами». В 1970 году имам Московской Соборной мечети Ахметзян-хазрат Мустафин (1902-1986), выступая на конференции мусульман СССР «За единство мусульман в борьбе за мир, против империалистической агрессии», опираясь на Коран и Сунну, сказал: «Ислам предоставляет народу право народа на революцию» и говорил о необходимости освобождения Иерусалима от «рук Израиля».
Таким образом, позиция советских мусульман укладывалась в общегосударственную позицию СССР по вопросу отношения к арабо-израильскому конфликту. Для примера приведем выступление муфтия ДУМЕС Абдулбари Исаева на конференции, состоявшейся 12–14 сентября 1979 года в Душанбе: «Мусульмане Волжско-Уральского региона всегда стояли на позиции защиты от угнетения наций, поддержки борьбы народа Палестины, требования возврата Иерусалима и мечети Аль-Акса мусульманам - настоящим их владельцам, как и за полный и безоговорочный вывод израильских войск с оккупируемых Израилем арабских земель». Двумя годами ранее 6-10 июля 1977 года в Москве проходила межрелигиозная конференция «Религиозные деятели за прочный мир, разоружение и справедливые отношения между народами», где выступавший муфтий Средней Азии и Казахстана Зияутдин Бабаханов подчеркнул потребность решить ближневосточную проблему с учетом права каждого государства на независимость и безопасность, включая право палестинцев на создание собственного государства.
15 сентября 1986 года в арабском журнале «Аль-Авдах», издающемся в Иерусалиме, печатается интервью с муфтием Талгатом Таджутдином. В нем он говорит о советских инициативах, приуроченных к международному году мира, которым был объявлен 1986 год.
Необходимо отметить, что мусульмане СССР с 1962 года получили инструмент по формированию своей позиции по международным проблемам, когда был создан отдел внешних связей с мусульманами за границей. При участии этого отдела в СССР проводились мусульманские конференции за мир, первая из которых прошла в 1970 году в Ташкенте, она называлась «За единство и сотрудничество мусульман в борьбе за мир, против империалистической агрессии». Там же прошла конференция в 1980 году. Следующая - в 1986 году в Баку с участием делегаций из 60 стран. На всех этих форумах звучали аналогичные фразы о поддержке палестинского народа. Исследователи справедливо отмечают, что организованное движение в защиту мира с использованием религиозных деятелей СССР, в том числе и мусульманского духовенства, было призвано служить общим целям советской внешней политики. Советское государство, таким образом, решало две задачи: удерживало мусульманские страны от враждебных действий по отношению к себе и укрепляло свой авторитет как демократической страны, сохраняющей мусульманские ценности [2].
Однако антиизраильские настроения советских мусульман, поддерживаемые политическим руководством СССР в рамках общей антиизраильской внешнеполитической линией, приводили к печальным эксцессам. Известно, что после военных событий 1967 и 1973 годов на Ближнем Востоке, в Азербайджане, Дагестане и Узбекистане фиксировались погромные настроения в среде мусульманского населения этих республик, направленные против местного еврейского населения. Однако ничего подобного не наблюдалось в среде татарского населения. Исследователи отмечают, что события на Ближнем Востоке не оказывали влияния на характер отношений между религиозными татарами и евреями, не вызывали этнической напряженности или конфликтов на этноконфессиональной почве, хотя нередко и обсуждались в частных беседах (особенно во время Шестидневной войны 1967 года). Официальная проарабская позиция руководства Московской Соборной мечети совпадала с советской государственной политикой по этому вопросу, однако все это не экстраполировалось в сферу межличностных отношений татар и евреев [3].
Как отмечал татарский богослов Валиулла Якупов, в последние годы советской власти зарождается среди советских мусульман собственное общественное движение, не связанное с официальным духовенством. В становлении этих ячеек, первичной исламизации мусульманской молодежи СССР тех лет сыграли существенную роль студенты палестинцы, которые в большом количестве стали учиться в советских вузах в 1980-е годы. Именно эти студенты-палестинцы сыграли кристаллизирующую роль в возникновении общественных мусульманских структур действующих в РФ и поныне. Благодаря этим палестинцам в сознании мусульман нашей страны эта проблема приобретала всё более религиозное звучание [4]. В 1990-е годы в Казани проводилось несколько «палестинских вечеров» - мероприятий религиозно-культурного характера с выступлением кого-нибудь из палестинских деятелей. На одном из таких 6 декабря 1993 года выступал доктор политологии из Иерусалима Али Саид. Весьма характерны впечатления, которые испытывали участники подобных собраний: «Люди сегодня уже не знают, что Израиль построен на горе людей, страданиях, на костях коренных жителей. 50 лет назад такого не было. Люди стеснялись бы иметь что-либо общее с Израилем. Даже играть в футбол и т.д.» [5].
В 1990-е годы степень антиизраильских настроений в мусульманской среде России постепенно все четче стала зависеть от регионально-этнических особенностей. В среде северокавказских мусульман степень готовности помогать, вплоть до вооруженного участия, «братьям по вере» из Палестины была выше, чем в среде волго-уральских. Так, известен случай, когда в 2000 году лидер чеченских боевиков Шамиль Басаевым была озвучена возможность отправки 150 моджахедов в Палестину. Подобное заявление было вызвано спадом внимания арабского мира к событиям на Северном Кавказе, когда контртеррористическая кампания уже подходила к своему завершению [6].
Сочувственный тон по отношению к палестинским единоверцам со стороны татарского населения, тем не менее, на протяжении 1990-2000-х годов не выливался в откровенные антиизраильские и антисемитские акции. Отдельные резонансные заявления ряда одиозных религиозных деятелей ислама (вроде сопредседателя Совета муфтиев России Нафигуллы Аширова) заставляли дистанцироваться большую часть адекватного мусульманского духовенства из числа татар. Более того, нередко со стороны татарских националистов, ратующих за независимость Татарстана, звучали весьма комплиментарные по отношению к евреям и Израилю заявления. Стоит добавить, к примеру, такой факт, что созданный в 1988 году Татарский общественный центр (ТОЦ), превратившийся в 1990-е годы в ярко выраженную сепаратистскую организацию, активно поддерживал возвращение здания синагоги казанским евреям. Интернационалистская позиция в конкретных ситуациях (например, заявление в защиту еврейского населения в ответ на антисемитские заявления и публичные выступления членов «Русского собрания» [7]) и наличие еврейской секции ТОЦ было свидетельством отказа татарского национального движения от этнической исключительности и замкнутости на тот период времени [8]. Более того, по рассказам ряда лидеров татарского национального движения, боровшихся за полную независимость Татарстана, Израиль был одним из примеров того, как один этнос может добиться политического суверенитета, несмотря на 2 тысячи лет изгнания и дискриминации, а имена Давида Бен-Гуриона и Голды Меир были как идеалы национальных лидеров [9].
Ситуация стала меняться к концу 2000-х годов. Среди причин, приведших к усилению антиизраильских настроений, можно считать активную деятельность арабских проповедников исламского фундаментализма, настраивающих на антиизраильский лад своих новых последователей из числа татар; появление с 2007 года Генерального консульства Ирана в Казани, стремящегося распространить парадигму своего внешнеполитического курса и на татар; общий рост религиозности татар, приведший к формированию общемусульманской солидарности по ряду геополитических вопросов, среди которых арабо-израильский конфликт занимает одно из ключевых мест; пассивность израильской дипломатии, слабо ведущей свою работу среди российских мусульман, и активность палестинской стороны, использующей усиление роли и влияния исламского населения на внутреннюю и внешнюю политику России.
Антиизраильские уличные акции протеста в Татарстане стали проводиться публично только с 2009 года. После военной операции «Литой свинец» (27 декабря
До этого в Татарстане на арабо-израильский конфликт была сдержанная реакция, и никаких политических акций не проводилось. Обычно всё ограничивалось заявлениями в прессе, как это сделал Всетатарский общественный центр им. Марата Мулюкова (националистическая организация) в 2006 году в своем заявлении «О военной агрессии Израиля против Палестины и Ливана», осудив военную операцию Израиля в Ливане в 2006 году [11].
Неоднозначность позиции татарского населения относительно арабо-израильского конфликта свидетельствует деятельность ассоциации «Татары за Израиль» (лидер – Закира Зарипова), возникшая в 2006 году на основе самоорганизующейся татарской диаспоры Израиля. Татары Израиля выступают не только как граждане этой страны, тем самым занимая подобную позицию, но и как резкие противники нагнетания антиизраильской истерии и международного терроризма, который, прикрываясь исламом, направлен против Израиля. Татары Израиля, как мусульмане, выступают за необходимость признания мусульманским миром Израиля и право его на существование, что они выразили в своем манифесте [12]. При этом свою произраильскую позицию татарская диаспора этой страны аргументирует экскурсами в историю мирного сосуществования евреев и тюркских народов [13].
Подобная позиция вызвала резкое неприятие у определенной части мусульманского населения России, которое стало воспринимать татарскую диаспору в лице Ассоциации «Татары за Израиль» как предателей и изменников ислама [14]. Однако сами израильские татары считают, что они не выступают против ислама, а, наоборот, подчеркивают своей позицией терпимость, толерантность и благоразумие, присущее исламу [15].
Мусульманский сионизм (как и христианский сионизм, распространенный на Западе) заключается в поддержке права еврейского народа на свое государство. Мусульманские сионисты не отрицают права Израиля на существование, считая, что необходимо прекратить кровопролитное и бессмысленное противостояние Израилю. «Татары за Израиль» в этом отношении не одиноки. В США существует группа «Арабы за Израиль», возглавляемая Нани Дервиш, дочерью полковника Мустафы Хафеза, командира отряда федаинов, который организовывал рейды на израильскую территорию из Сектора Газа, когда тот находился под египетской оккупацией [16]. Обе мусульманские организации между собой не связаны и контактов не поддерживают, государственными структурами Израиля не поддерживаются и не финансируются, однако это не мешает им выступать в поддержку Израиля. Это, естественно, вызывает огромное неприятие у антиизраильски настроенной мусульманской общественности России, которое обвиняет израильских татар в предательстве [17]. На сегодняшний день в Израиле, по словам Зариповой, проживает приблизительно 15 тысяч татар и представителей других мусульманских народов из бывшего СССР. 12 октября 2009 года в Ришон ле-Ционе Закира Зарипова открыла Татарский культурный центр [18]. Среди культурных мероприятий, которые провела и планирует проводить дальше татарская диаспора, стоит отметить ежегодный Сабантуй (первый был проведен в 2007 году), День Республики Татарстан (30 августа), Дни татарской кулинарии. Одним из последних мероприятий, проведенных татарской диаспорой, стала презентация книги «Лехаим, татары!» (составитель – Радик Амиров, близкий к Совету муфтиев России журналист) [19] о татарско-еврейских связях.
Изменить антиизраильские настроения у российских мусульман могут как раз сами израильские дипломатические круги, которые, как правило, совершенно пассивны в этом отношении. К примеру, Израиль практически совершенно не занимается развитием религиозного туризма для исповедующих ислам россиян на своей территории, где располагаются многие святые для мусульман места. Ни что не мешает осуществить посещение мечетей «Аль-Акса» и «Куббат ас-Сахра» в Иерусалиме израильскими туристическими компаниями, которые в работе с туристами из России упор делают, как правило, на православных паломников. В результате практически полная пассивность Израиля в этом вопросе меняется на дипломатическую активность палестинской стороны. Неоднократно посещавший мусульманские регионы России председатель Палестинской национальной администрации Махмуд Аббас (в декабре 2008 года – Чечню, в апреле 2009 года – Дагестан, в январе 2010 года – Татарстан, в мае 2011 года – Башкортостан) единственно, что может предложить российских мусульман – возможность посещения мусульманских святынь Иерусалима [20]. Только инициатива в посещении израильской столицы исходит от палестинской стороны, что, во-первых, странно, а, во-вторых, лишь свидетельствует о просчете израильских дипломатических кругов, не понимающих масштаб влияния российских мусульман на политику своей страны, к настроениям в среде которых прислушиваются в Кремле и не желающих работать с этой частью населения России для завоевания их симпатий (или хотя бы нейтрального отношения к Израилю). Ярким примером подобного явилось отношение израильского посольства в Москве к проходившей в мае 2010 года в Казани международного научно-практического симпозиума «Арабо-израильский конфликт и роль России в его урегулировании», где инициатива ее проведения исходила от татарских ученых. В рамках мероприятия проходил круглый стол «Израиль, Татарстан и Палестина: история отношений и перспективы сотрудничества». Организаторы симпозиума преследовали определенную и абсолютно благую цель: именно в Татарстане как регионе межнационального и межконфессионального согласия и именно в Казанском университете, всегда отличающимся толерантностью, объединить ученых, политиков и общественных деятелей из Израиля и Палестины (а так
